Микрофлора и ее значение в организме человека

80Начнем, пожалуй, с базовых понятий о микрофлоре и бактериях.

История микробиологической концепции профессора Гюнтера Эндерляйна

В современной медицине все еще коренятся три фундаментальные ошибки. Пришло время раз и навсегда избавиться от них. Именно они стали преградой к пониманию природы и, как следствие, биологических связей, которые являются причиной заболеваний вообще и хронических болезней в частности.

Первая ошибка связана с именем профессора Фердинанда Кона (ботаника из Бреслау), который в 1870 пришел к выводу, что микробам свойственна только одна форма репродукции и развития (мономорфизм).

Профессор Гюнтер Эндерляйн научно доказал явление полиморфизма – существования различных стадий, фаз и форм развития и репродукции микробов и изложил их в своей работе («Циклогенез бактерий»). Он считал, что мономорфизм невозможен биологически, природа никогда не создает статических, неизменных жизненных форм.

Все паразиты, персистируя в организме человека, проходят в своём развития следующие стадии:
Коллоид (примитивная);
Бактерия (промежуточная);
Гриб (завершающая, или кульминационная).
Однако это не означает, что все микробы развиваются до грибковой стадии. Их развитие во многом зависит от питательной среды и от собственного генома, определяющего уникальность свойств каждого микроорганизма.
Питательная среда рассматривается профессором Эндерляйном как существенный фактор развития паразитов. При этом её кислотность во многом определяет вирулентность и жизнеспособность микробов.

Наиболее благоприятная кислотность среды для «комфортного» внутриклеточного паразитирования эндобионтов.

Стадии развития    Наиболее благоприятная кислотность среды

Примитивная   — Повышенная щёлочность (высокие значения рН)
Бактериальная  — Повышенная щёлочность (высокие значения рН)
Грибковая   —  Закисление (низкие значения рН)

Микроорганизм находится на достигнутой стадии развития при условии постоянного значения рН. Связанная с рН (питательной средой) остановка дальнейшего развития и отсутствие признаков инволюции названа профессором Эндерляйном как блокировка развития.
В силу внешних (температура, свет, механическое, химическое или электрическое воздействие) или внутренних причин, когда снимается эта блокировка, микроорганизм приобретает способность к дальнейшему развитию или инволюции.

При этом установлено, что на каждой стадии развития микроорганизм синтезирует специфические органические кислоты (например, молочную, лимонную и др.).

Патогенность микробов всегда обусловлена какой-то одной стадией развития, реже двумя или тремя (например, дифтерийная палочка). У эндобионтов почти все стадии развития достаточно вирулентны, за исключением примитивных стадий – протит и хондрит, которые вступают даже в антагонистические взаимоотношения по отношению к другим патогенным микробам (антагонистический симбиоз).

Все стадии развития эндобионтов можно наблюдать в крови человека и животного при помощи метода темнополевой микроскопии.

Вторая ошибка исходит от профессора Вильяма Харве (патолога и физиолога из Лондона), который ещё в 1651 году рассматривал клетку как наименьшую функциональную биологическую единицу.

Профессор Эндерляйн в своих работах «Конец царства клетки как основной биологической единицы», опубликованной в “Botanisches Zentralblatt” в 1921, в «Циклогенезе бактерий» 1925 года и в “Archiv fur Entwicklungsgeschichte der Bakterien” 1931 г. опубликовал данные, опровергающие эту точку зрения. По мнению прфессора Эндерляйна, именно протит, а не клетка, является наименьшей биологической единицей. Название протит им было выбрано по аналогии с протоном, являющимся в то время самой мельчайшей ядерной частицей.

Третья ошибка была допущена профессором Луи Пастером (химиком и биологом из Парижа) в 1873 г., утверждавшим, что кровь – стерильна.

Профессор Эндерляйн писал, что наша кровь – не стерильна; более того, она служит «игровой площадкой» для множества патогенных и непатогенных микроорганизмов. Сейчас эта точка зрения уже никем не оспаривается. Кроме того, хорошо известно, что кровь является наилучшей питательной средой для паразитов.

Микробами, как и более сложно организованными существами, движут желания и инстинкты, писал профессор Эндерляйн. В данном контексте для эндобионтов профессора Эндерляйна вполне приемлем подход Фрейда, где движущими силами поддержания жизнедеятельности паразитов являются:
инстинкт самосохранения;
стремление к воспроизведению;
стремление доминировать.

Инстинкт самосохранения проявляет себя в «прожорливости»: эндобионт (Mucor racemosus Fresen) – жадный потребитель протеина. Логическое следствие этого: микробам присущ мини-метаболизм, в результате которого синтезируются специфические для каждого микроба органические кислоты: молочная кислота — Mucor racemosus Fresen, лимонная кислота — микробактерия туберкулеза, Aspergillus.

Стремление к воспроизведению проявляет себя как «стремление к соединению» (копуляции) и характерно всем стадиям развития микробов (начиная с примитивной и включая внутриклеточную в крови). В результате чего образуются «симпласты» по Эндерляйну, которые закупоривают кровеносное русло, вызывая гипоксию тканей. Симпласты представляют собой коллоидную массу из эндобионтов (симпротитов по Эндердяйну), тромбоцитов, эритроцитов, лейкоцитов.

Стремление доминировать выражается в тенденции объединяться — собираться вместе и «пускать корни», чтобы достигнуть более высоких и стабильных форм существования и развития. И здесь все стадии развития, в т.ч. различного происхождения, могут участвовать в этом процессе. По наблюдениям профессора Johannes Wislicenus (немецкого химика и основателя стереохимии), образуемые коллоидные блоки могут иметь более 18 триллионов вариаций, которые, в свою очередь, могут соединяться в организме с различными химическими субстанциями, включая тяжелые металлы (по Эндерляйну, это – закрепление).
Подобное «закрепление» препятствует дальнейшему развитию (по восходящей) микроорганизмов, но с другой стороны, эти структуры выступают в качестве своего рода микротромбов, затрудняющих микроциркуляцию.
САНУМ биотерапия

Прошло более ста лет с тех пор, как немецкий микробиолог Гюнтер Эндерляйн выдвинул эндобионтную теорию. Она актуальна и по сей день. Эндобионты — микроорганизмы, живущие внутри других организмов. Наибольший интерес представляют болезнетворные эндобионты, которые паразитируют внутри клеток организма человека, в физиологических жидкостях, а при ослаблении защитных свойств вызывают развитие патологии.

Эндобионтная теория легла в основу инфекционных теорий многих заболеваний.

Длительно существующие очаги хронической инфекции являются источником сенсибилизации организма и поддержания аллергии, аутоиммунных процессов. Очаги хронического воспаления представляют собой локализованное раздражение тканей, инфицированных бактериями, вирусами, грибами. Чаще всего очаги локализуются в миндалинах лимфоглоточного кольца (тонзиллит), зубах (кариес, киста корня, гранулема), тканях пародонта (гнойные карманы), придаточных пазухах носа (синусит, киста), внутренних органах (аднексит, простатит, холецистит, пиелонефрит, цистит, кисты и др.).

Разработанные профессором Гюнтером Эндерляйном вакцины из болезнетворных эндобионтов обладают удивительными эффектами: подавляют патогенную трансформацию микробов, вызывая их реверсию в авирулентные формы, активируют функцию распознавания иммунной системы по отношению к широкому спектру возбудителей (поливалентность вакцинотерапии). Результаты такой вакцинотерапии можно оценить по данным не только клинических, лабораторных, но и микробиологических исследований, а также методом тёмнополевой микроскопии.

Работы, выполненные в России и за рубежом в последние годы, подтверждают синергизм противомикробных эффектов вакцинотерапии профессора Г.Эндерляйна с такими методами, как омелотерапия, заместительная и системная энзимотерапия, фитотерапия, при использовании органопрепаратов для лечения многих острых и хронических заболеваний, в т.ч. и тех, которые представляют угрозу для жизни.

Циклы развития микроорганизмов.

В результате проведенных исследований профессор Эндерляйн выявил и описал три цикла развития микроорганизмов – эндобионтов Mucor racemosus, Aspergillius niger и Penicillinum.

Гриб Mucor racemosus, являясь эндобионтом, занимает центральное место в крови и клетках человека и млекопитающих. Его можно обнаружить практически в любой клетке человека (в т.ч. в сперматозойдах и яйцеклетках) и в клетках теплокровных млекопитающих, а значит, всех животных, которых мы употребляем в пищу.

Цикл развития Mucor racimosus в основном происходит в фибриногене. Поэтому этот цикл связан со всеми заболеваниями нарушения свертываемости крови. Профессор Эндерляйн считал Mucor racemosus причиной возникновения инфаркта и инсульта, варикоза и геморроя.
Цикл развития Mucor racemosus представляет собой в своей физиологической, непатогенной области начало цикла развития Aspergillius niger, а в своей патологической области – начало цикла развития Penicillinum.

Цикл развития Aspergillius niger влияет на:
Функции лимфатических путей и лимфатических желёз (лимфома, лимфаденит)
Хронические болезни. Высшей формой циклического развития Aspergillius niger является Bakterium tuberkulosis.

Эта бактерия ответственна за перехода заболевания в хроническую форму. Её активация и рост являются следствием частого использования антибиотиков или противогрибковых средств. Современные иммунодепрессанты (антибиотики, кортикоиды и т.д.) являются частой причиной трансформации микробов в так называемые CW–формы: бактерии без клеточных стенок. Это относится к микобактерии туберкулёза.

При паратуберкулёзе вовлекаются в процесс органы, которые относятся к так называемому туберкулиновому патологическому кругу. Это органы, которые поражаются туберкулёзом в соответствии с циклом развития Aspergillius niger:

слизистся оболочка кишечника
лимфатические сосуды и лимфатические железы
мочеполовая система: почки, мочевой пузырь, матка, яичники, параметрий, яички, придатки яичек, предстательная железа
Легкие и дыхательные пути
кожа и слизистые
кости, сухожилия, суставы
мозг и нервная ситема.

Цикл развития Penicillium характеризуется следующим:
Ответвляется от патологической области цикла Mucor
Цикл развития Penicillium ответственен за возникновение острых воспалений.

Этот цикл способствует возникновению: всех гнилостных заболеваний; всех острых воспалений любого органа; перехода заболевания в хроническую форму, т.к. каждый рецидив является частью хронического заболевания.

Препараты САНУМ эффективно используются с учетом циклов развития данных микроорганизмов.

Взаимосвязь хронических заболеваний с циклами развития эндобионтов.

Здоровый организм – это состояние, которое характеризуется нормальной для отдельных органов внутренней средой и наличием в организме достаточно большого количества физиологических, непатогенных базовых форм микробов, находящихся на низких стадиях развития.

И, наоборот, с точки зрения САНУМ биотерапии, заболевание вызывает огромный дефицит непатогенных базовых форм эндобионтов и аномальную внутреннюю среду (эндоэкологию). Это обстоятельство требует внимательного отношения к внутренней среде организма.

Когда употребляется большое количество мяса млекопитающих, человек автоматически получает высокоразвитые вирулентные формы эндобионтов, которым организм должен противопоставить большое количество базовых авирулентных форм.
Чем больше человек съедает мяса животных, тем больше базовых видов микробов он должен иметь в своём организме, чтобы нейтрализовать вирулентные формы. Чем скуднее фонд авирулентных базовых форм, тем скорее будет численное превосходство патогенных высших форм эндобионтов и вероятность развития хронических заболеваний.

Таким образом, согласно профессору Эндерляйну, в организме теплокровных млекопитающих и человека содержится не только эндобионт Mucor racemosus, но и многие другие микроорганизмы, находящиеся на разных стадиях развития.

Необходимо иметь в виду, что забой скота – всегда стресс, который вызывает изменение внутренней среды животного. В трупах животных интенсивно образуются высокоразвитые формы микроорганизмов–эндобионтов. Это значит, что с мясом, колбасой потребляется масса высокоразвитых патогенных (вирулентных) микробов. При этом тепловая обработка (варка, жарка, гриль, запекание и др.) ничуть не уменьшает количество вышеназванных микробов. По данным Lida Mattman, Mucor racemosus и Aspergillius niger, а также все стадии цикла Penicillinum погибают при температурах свыше +400°С или при глубокой заморозке (ниже -70°С).

Mucor racemosus выполняет важную функцию, определённую природой. После гибели организма он ответственен за возникновение процессов гниения, которые активируются в кислой среде. Поэтому, например, при использовании в пищу мяса неглубокой заморозки возникает дополнительная нагрузка на эндоэкологию (внутренняя экология организма).
Антибиотики, иммуносупрессивные препараты, гормоны (кортизон), а также некоторые виды терапии разрушают большое количество базовых видов микробов из разных циклов. Как следствие, образуется избыток высших форм (вирулентных) или, по-другому, недостаток полезных форм (авирулентных), что всегда увеличивает риск заболевания.

Итак, какие выводы:

1. Грибковые, патогенные бактерии живут, размножаются и развиваются в кислой среде.
2. Самые развитые патогенные бактерии мы получаем, употребляя мясо.
3. Патогенным микроорганизмам противостоит наша родная микрофлора (базовые авирулентные формы), которая развивается только на сырой растительной пище.

Значит, чтобы не иметь болезненных очагов в организме (не болеть), нужно:
— Употреблять в пищу сырые растительные продукты — они ощелачивают организм и кормят нашу родную микрофлору — защиту от паразитов. К тому же наша микрофлора вырабатывает для нас все незаменимые аминокислоты (строительный материал для белков) и витамины!

А вот еще одна оччччень интересная статья, на основе исследований доктора наук, профессора Пётра Фёдоровича Шамрая, заведующего кафедрой гистологии Винницкого медицинского института, а также заведующего кафедрой оперативной хирургии того же Винницкого медицинского института , профессора Терентьева Григория Васильевича. Источник — http://www.sekret-tela.ru

Откуда берутся микроорганизмы?

Компьютер, конечно, машина умная, но пока ещё не может целиком и полностью обходиться без человека. Он нуждается во включении и выключении, уходе, периодическом пополнении программной базы, целом ряде действий, выполняемых человеком, без которого компьютер -просто полный инвалид. Сама машина может только болеть, да и то, если человек преднамеренно или случайно внесёт в её память вирус. Причём даже при наличии антивирусных программ сам компьютер пока их включить не в состоянии, ему всё равно нужна нянька. Если помощь не подоспеет вовремя, машине придётся пережить своего рода «клиническую смерть», после которой она будет похожа на поздно оживлённого после клинической смерти человека: вся информация, все рефлексы будут бесследно потеряны, и будет бедный компьютер слепо смотреть в мир потухшим экраном до тех пор, пока программист, потратив несколько часов, не введёт в его память новые данные и новые программы, так сказать, новую личность. С человеком, конечно, всё во сто крат сложнее: стоит попасть в организм любому вирусу, бактерии, даже просто белковой молекуле, как тут же автоматически включается сложнейшая система иммунной защиты — активируются клетки крови — макрофаги, которые начинают активно искать поломку и устранять её, при необходимости включая все последующие звенья иммунной системы — Т-лимфоциты — клетки-киллеры, хелперы, супрессоры, В-лимфоциты, производящие антитела; усиливается деятельность костного мозга грудины и трубчатых костей, а также селезёнки- основных кроветворных органов, печени, как производителя основных белковых компонентов крови, и начинается целая цепная реакция по планомерному уничтожению внедрившегося противника, строго контролируемая организмом. При небольшом количестве нападающих вполне хватает внутренних резервов, процесс идёт в автоматическом режиме, и сам человек даже не замечает, что что-либо произошло. Если атака достаточно массированная, ответ будет адекватным: для ускорения биохимических процессов и угнетения роста вирусов и бактерий повышается температура тела, ускоряется кровообращение и дыхание для оптимизации подачи кислорода в повреждённые места; все органы и ткани приводятся в состояние повышенной боевой готовности и многое-многое другое, о чём говорить можно бесконечно. Всё это называется нормальным иммунным ответом организма, и так происходит всегда при внедрении в этот организм любого мало-мальски похожего на белок вещества, будь то аллерген, вирус, бактерия или простейшее. При этом, как правило, иммунная система сохраняет в памяти строение и свойства этой молекулы или микроорганизма и, на всякий случай, держит под рукой некоторое количество специфического «оружия» на случай повторного нападения.

Однако при этом каждый человек носит в себе миллиарды и триллионы бактерий, помогающих нам выжить в этом бушующем мире, бактерий-симбионтов, так называемых сапрофитов. Это и обычный, банальный стафилококк, лактобактерии, бифидобактерии, и самые различные вирусы, риккетсии, простейшие, а самое интересное заключается в том, что иммунная система на них просто не реагирует. То есть вообще и никак! Но и болезней они не вызывают, помогая нам переваривать пищу, синтезировать некоторые ферменты и питательные вещества, очищая наши слизистые оболочки и кожу. Что за странная дискриминация? Даже вирус СПИДа не мгновенно уничтожает иммунную систему, а длительное время просто циркулирует в крови, подготавливая себе почву, а сверхмощная и сверхчувствительная защитная система, способная среагировать на единственную чужеродную молекулу, вообще этот вирус не видит! Что происходит? Ошибка иммунитета? При одновременном заражении вирусом СПИДа и вирусом, скажем, гриппа, иммунная система на вирус гриппа отреагирует мгновенно, а ВИЧ так и не заметит. Возможно, корни этого процесса лежат гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Попробуем разобраться. Но начну очень издалека.

Ещё в 60-70 годы заведующий кафедрой гистологии Винницкого медицинского института, доктор наук, профессор Пётр Фёдорович Шамрай (в те времена, правда, он был только ассистентом этой кафедры)изучал грануляционную ткань (то есть рыхлую соединительную ткань, посредством которой заживают раны) и обнаружил интересную закономерность: собственно говоря, до этого исследования было уже известно, что основой соединительной ткани является клетка под названием фиброцит. Прародителем фиброцита является фибробласт — большая клетка с крупным ядром, которая постепенно редуцируется, принимает веретенообразную форму с маленьким веретенообразным ядром и становится фиброцитом. А откуда брался фибробласт — этого не знал никто. Исследователь взял целую серию гистологических срезов с поверхности формирующейся грануляционной ткани на всех стадиях её развития и нашёл следующее: сначала стенки раны пропитываются кровью, затем эритроциты разрушаются, а к раневой поверхности начинают стягиваться лимфоциты, их количество неуклонно растёт, они сами начинают набухать, увеличиваться в размерах, приобретают овоидную форму с одновременным увеличением ядра и, пройдя серию переходных форм, превращаются в фибробласты.

Нельзя сказать, чтобы научное сообщество встретило эту работу рукоплесканиями. Были, конечно, сомнения и было высказано пожелание провести ещё несколько серий экспериментов и, если возможно, снять этот процесс на киноплёнку. С киносъёмкой было трудно; нужно было разработать метод, как сделать, чтобы процесс пошёл in vitro; всё-таки живую рану снимать под микроскопом в течение нескольких дней практически невозможно. После долгих исканий решение пришло: провести этот процесс на живой, растительной микропористой ткани, а именно, на срезе ягоды бузины. К сожалению, смерть не позволила Петру Фёдоровичу закончить исследования.

Приблизительно в это же время заведующий кафедрой оперативной хирургии того же Винницкого медицинского института , профессор Терентьев Григорий Васильевич, разрабатывал методики операций на поджелудочной железе. После одной блестяще проведённой операции неожиданно погибла подопытная собака. Вскрытие показало, что смерть наступила в результате развившейся газовой гангрены. Всем досталось на орехи за несоблюдение правил асептики и антисептики во время операции, но через некоторое время ситуация повторилась. Тщательный анализ происшедшего и контрольный опыт подтвердили зародившиеся подозрения: во время операции случайно была наложена лигатура на артериальный сосуд, нарушение кровоснабжения повлекло за собой отсутствие кислородоснабжения, что создало благоприятную почву для роста в ткани железы анаэробов, в частности возбудителя газовой гангрены. Оставался открытым только один вопрос: откуда этот возбудитель там взялся, ведь поджелудочная железа «охраняется» иммунной системой особо тщательно — она содержит в себе массу очень агрессивных ферментов, и наличие в ней даже одной-единственной бактерии может привести к катастрофе, а кровь вообще стерильна. Откуда? Опыт за опытом проводился в лаборатории, результат был один и тот же — газовая гангрена. Опыт усложнили: пусть в поджелудочной железе где-то могут быть единичные споры, которые никем не были замечены при архитщательном исследовании ткани здоровой железы, не с кровью же они, в самом деле, приносятся — артерия ведь перевязана! Но в организме есть ещё, по меньшей мере, два стопроцентно стерильных органа — мозг и семенные железы, — уж там-то точно нет никаких микроорганизмов, природа очень хорошо позаботилась о том, чтобы в клетках этих органов не смогло произойти ни малейшей потери информации.

В строжайше стерильных условиях подопытному животному вскрыли яичко и перевязали артерию. Результат — газовая гангрена. Тогда перевязали все сосуды, не вскрывая мошонку. Результат — газовая гангрена. Тут было над чем задуматься. Были проведены сотни исследований как поджелудочной железы, так и яичка, как до перевязки, так и после, сделаны тысячи гистологических срезов, множество электроннограмм, но вопрос так и не сдвинулся с мёртвой точки. Попутно было сделано одно интересное открытие: на электроннограммах в разных стадиях процесса были замечены интересные трансформации бактерий газовой гангрены: бактерия в разные периоды времени принимала вид стафилококка, диплококка, риккетсии, даже чего-то похожего на вирус, принимала форму трихомонады и все промежуточные между ними формы. Профессор Терентьев по этому поводу высказал предположение, что бактерия газовой гангрены является самой старшей, так сказать, архибактерией, праматерью всех остальных микроорганизмов. Трудно сказать, чем закончилось бы исследование, но началась Перестройка, кончилось финансирование, и смерть ученого подвела безжалостный итог.

Уже сейчас, буквально 3-4 года назад, научный мир был взбудоражен сообщением о том, что причина едва ли не всех болезней человека заключается в трихомонадах, которые обнаруживаются при любой патологии в поражённых органах, как при инфекционных, дистрофических, травматических,так и при онкозаболеваниях. При этом трихомонада очень хорошо мимикрирует, принимая форму других клеток, но чаще всего находится в крови, маскируясь под Т-лимфоцит, который при обычном анализе крови невозможно отличить от настоящего. Путь передачи — от матери к ребёнку, а так как мы все рождены матерями, то все и больны.

И опять же, уже совсем недавно, не более года назад, врач из г. Белгорода, Л.В.Козьмина, опубликовала интересное исследование о том, что главный враг человека — гриб-слизевик, наподобие того, который растёт на старых пнях . Именно его по своей структуре напоминают полипы желудка, кишечника, носоглотки, матки, папилломы на коже, плоскоклеточный рак и другие опухоли. Но самое главное заключается не в этом, а в том, что в процессе своего развития этот гриб проходит несколько стадий развития: в одной из них — это трихомонада классического строения, в другой — уреаплазма, в третьей — микоплазма, — возбудители инфекций мочеполовых путей.

Около 10 лет назад врач О.П.Шамрай, сын ранее упомянутого профессора П.Ф.Шамрая, работая в Мавритании, опубликовал в Бюллетене ВОЗ интересное исследование по поводу более чем 20 случаев злокачественных опухолей стопы, так называемых мицетом, вызванных одной из разновидностей грибка Актиномицеты, поддающихся лечению противогрибковыми препаратами.

Уже не одно десятилетие назад академик Зильбер убедительно доказал, что, по крайней мере, одна злокачественная опухоль — саркома кур — порождается вирусом.

Не знаю, как у Вас, а у меня все вышеперечисленные факты породили целый ряд вопросов, требующих немедленного ответа, а каждый ответ, в свою очередь, давал повод задуматься ещё над целым рядом вопросов. В результате выстроилась довольно интересная теория, достаточно безумная для того, чтобы быть если не истиной, то хотя бы инструментом для дальнейших изысканий. Начнём с вопросов:

Во-первых: если в тканях человеческого организма преспокойно обитают такие грозные враги, как бактерия газовой гангрены, микоплазмы, уреаплазмы, трихомонады, грибы Актиномицета и слизевики, стафилококки, то почему иммунная система их не замечает?

Во-вторых: если их там нет, то почему в самых, что ни на есть жизненно важных органах после перевязки артерий возникает газовая гангрена?

В — третьих: кто всё-таки виноват в возникновении опухолей — вирусы, трихомонады или грибки?

В — четвёртых: почему та же бактерия газовой гангрены так свободно превращается в трихомонады, в стафилококки, диплококки, риккетсии, вирусы?

В — пятых : каким образом и почему грибок превращается в трихомонады, уреаплазмы, микоплазмы, а трихомонады, в свою очередь, превращаются в лимфоциты, в опухолевые клетки и, самое главное, почему иммунная система на всё это безобразие никак не реагирует?

Ответ, на мой взгляд, очевиден: наши микроорганизмы не чужеродны нам, мы сами их создаём, они являются частицами человеческого организма, с идентичной ему генетической структурой, нашими собственными, только до неузнаваемости изменёнными, редуцированными клетками со своими функциями, со своей программой действия, причём действие это предназначено только для пользы материнского организма. Потому-то иммунная система и не реагирует на них, для неё они — полностью свои, так же, как и клетки опухоли.

Выстраивается интересная цепочка: центральная клетка всех этих трансформаций — лимфоцит. С одной стороны, из него образуются клетки-фибробласты, являющиеся родоночальниками фиброцитов, «родителей» соединительной ткани, с другой стороны, — лимфоцит порождает и трихомонаду, являющуюся праматерью бактерии газовой гангрены, грибков, уреа- и микоплазм и опухолевых клеток. Бактерия газовой гангрены, в свою очередь, даёт отдалённое «потомство» в виде стафилококков, стрептококков, диплококков, риккетсий и вирусов.

Здесь пора перевести дух и попросить: уважаемый читатель, не бросай, пожалуйста, книгу в мусорную корзину, не дочитав главу до конца! Я прямо слышу гневные голоса микробиологов, призывающих к немедленной казни, и вполне понимаю их раздражение: если мой собственный, до боли родной стафилококк вдруг превращается из незаметного иммунной системе сапрофита в жуткого монстра, поедающего свой собственный материнский, даже, скорее, отцовский организм, то наверняка это какой-то чужой стафилококк, не может моё родное, так сказать, дитятко, так жестоко поступать! И как тогда быть с вирусными инфекциями? Ведь это явно чужие вирусы, занесённые воздушно-капельным, половым или инъекционным путём! Так, да не совсем! К сожалению, учёные деликатно замалчивают тот факт, что грипп, вчера возникший в Гонконге, завтра будет уже и в Сан-Франциско, и в Москве, и в Бонне, и в Тюшках. Тотальная пандемия распространяется в течение нескольких дней, в крайнем случае, недель. Может быть, всему виной самолёты, развозящие заразу по всему свету? Так ведь из Тюшек самолёты в Гонконг, как известно, не летают, и ни вчера, ни сегодня никто из этого села не был ни в Москве, ни в Бонне, ни в Сан-Франциско. Кто же это так начихал на односельчан? Здесь уместно вспомнить знаменитые опыты Гурвича по изучению так называемых «митогенетических лучей» и исследования «лучей смерти» В.Казначеевым . Опыты были предельно просты : в одном случае активный митогенез в обычных растительных клетках луковицы, поставленной в воду для проращивания, провоцировал точно такой же митогенез в клетках всех луковиц в зоне прямой видимости. В другом опыте на некотором расстоянии друг от друга в герметичных ёмкостях расставляли культуры бактерий одного вида и в одну из них добавляли культуру бактериофага, который начинал методично уничтожать бактерий. Тут же начинали гибнуть и бактерии в другой ёмкости, в которую бактериофаг не добавляли, и воздушно-капельным путём инфекция не могла передаться, так как эта ёмкость для надёжности была запаяна наглухо. Было высказано предположение, что причиной смерти бактерий во второй пробирке явились некие лучи, испускаемые умирающими бактериями первой пробирки. То же самое касалось и луковиц. Оставалось выяснить природу этих лучей. Они оказались обычным ультрафиолетом, и когда на пути излучения поставили преграду для УФ-излучения, то ничего не стало происходить ни с бактериями, ни с луковицами. Таким образом, был убедительно доказан волновой путь инфицирования, но, к сожалению, мало кто обратил на это внимание, уж слишком эти факты не вписывались в научную парадигму. Воздушно- капельный механизм инфицирования, согласитесь, как-то привычней. Конечно, один-единственный чих больного гриппом в накуренном, непроветриваемом, сыром помещении, забитом людьми, вызовет локальную эпидемию, но заболеют, всё-таки, не все — помните первый постулат ?- здоровое заболеть не может. И второй — для заражения должно быть несколько причин: нарушения гомеостаза, некоторое переохлаждение и достаточная концентрация вирусного агента, достаточная не для проникновения в организм, а для достижения необходимого волнового воздействия, направленного на перепрограммирование клеток уже и без того нездорового организма (помните, для начала движения опилок в магнитном поле нужна достаточная напряжённость поля). А кардинальное изменение программы влечёт за собой биохимические нарушения в виде изменения генетической информации, поэтому обычные сапрофиты, недоступные иммунной системе, в результате энерго-информационного воздействия становятся патогенными, чужеродными и подвергаются атаке. С другой стороны, уже существует теория возникновения эпидемий, которая ставит развитие глобального инфекционного процесса в зависимость от солнечной активности (опять же, УФ-излучение, меняющее генетическую программу нуклеиновых кислот в масштабах целой планеты, что и обусловливает мгновенные пандемии того же гриппа). В таком аспекте механизм инфицирования уже безупречно ложится в канву энерго-информационного обмена в природе.

Дотошный читатель в очередной раз задумается и спросит: если человек сам производит своих убийц, то как тогда быть с вирусами и бактериями, найденными при археологических раскопках в слоях, образовавшихся не только в дочеловеческую, а даже в доживотную эру? Кто произвёл их? Этому тоже есть объяснение: человек в процессе своего онтогенеза, индивидуального развития, проходит все стадии эволюционного процесса : сначала это две половые клетки, которые и клетками в полном смысле не являются , их скорее можно сравнить со сложным РНК-вирусом. При слиянии две эти неполноценные клетки с половинным набором ДНК образуют одну, уже полноценную, клеточную структуру. Человек проходит стадию одноклеточного организма. Затем он становится многоклеточным, затем хордовым, рыбой, амфибией и так далее — до человека. Человек становится взрослым и приобретает свойство производить снова как обычные клетки своего организма, так и специализированные половые клетки, похожие на РНК-вирус, то есть живое вещество, произошедшее в процессе эволюции из простейшей белково-нуклеиновой молекулы, наподобие вируса, способен самостоятельно воспроизводить такие же структуры любой степени сложности. В самом деле, никого ведь не удивляет, что взрослый организм способен создавать не только мышцы и жировую ткань, но и отдельные живые клетки, способные жить и развиваться в другом организме, например, лимфоциты или сперматозоиды; почему же вызывает сомнение его способность производить для своих нужд того же стафилококка или трихомонаду?

И напоследок ещё один интересный факт, касающийся излучений клеток. В последнее время в прессе появились публикации об исследованиях Института квантовой генетики АН России в области энерго-информационного обмена в ядерной ДНК, туго и многослойно «упакованной» в хромосомы, в частности, о работах П.Гаряева, доказывающего, что молекулы ДНК испускают когерентное лазерное излучение во всех диапазонах электромагнитного спектра, которым интенсивно обмениваются по горизонталям, вертикалям, плоскостным и пространственным диагоналям, а также «переговариваются» друг с другом в звуковом диапазоне. Причём, если электромагнитное излучение образует устойчивую голографическую «матрёшку», состоящую из целого ряда «вставленных» друг в друга голограмм, составленных из разных видов излучений, своеобразный чертёж, на основании которого организм строит и чинит свои повреждённые органы и ткани, то акустические сигналы являются командами для запуска этих процессов на биохимическом уровне. Как ни крути, но снова приходится признать, что «вначале было Слово…»

Поделиться в соц. сетях

0
This entry was posted in Осознанное Питание and tagged . Bookmark the permalink.

One Response to Микрофлора и ее значение в организме человека

  1. Татьяна says:

    Справедливо возникает вопрос: если сам организм продуцирует весь набор этих инфекций, то как с этим бороться? той же трихомонадой, уреаплазмой, микобактерией и проч..?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *